Александр ШУНДРИН: "Прыг, скок... в воронок?"

Александр ШУНДРИН

Дело было на Тверской. Шумел-гремел городской праздник. По свежевыложенной пешеходной мостовой фланировали пестро и весело одетые горожане, гости столицы и гастарбайтеры. У тротуаров припарковывались воронки, и товарищи в энкэвэдэшной форме, заламывая людям, одетым по моде 1937 года, руки за спину, волокли их в печально знаменитое авто. Было даже чуть ностальгично. И разве не дежа вю? А, впрочем, кажется, лишь меня одного не покидало едкое и стыдное чувство.

"Да это кино снимают, приглашают всех желающих", - безучастно-безразлично пояснил мне происходящее некий наблюдатель, уже в возрасте. "А..." - как-то совсем уж в растерянности от всего происходящего то ли ответил, то ли подумал я.

А думалось о памяти. Помните, как говорила радистка Кэт из бессмертного советского сериала? Без прошлого нет будущего. И ведь точно… Слова доблестной разведчицы - да праздному обывателю-зеваке с Тверской в уши. Но, увы, глух к ним столичный фланер, за 30 смутных лет он позабыл уроки абуладзевского "Покаяния", вменив в ничто императив пророческого фильма-притчи. Ибо покаяние - ничто иное, как перемена ума. Радикальная и безвозвратная. Та самая греческая метанойя. Но, увы, не произошло. Не случилось...

А потому с такой идиотическо-детской радостью пипл хавал предложение. От мала до велика бросались в распростертые им навстречу руки ряженых в энкэвэдэшников потомки тех, у кого энкэвэдэшники настоящие убили мать или отца, знакомого или соседа. В прошлом году изображали опричнину, в этом - 1937-й. Что далее? Сдав стопкран в утиль?.. Да ведь это же понарошку, ведь это всего лишь кино. Sapienti sat - говорили древние. Умному - достаточно.

Ходил слух, что в тот же день на Лубянке на несколько часов установили маленького картонного Феликса. На том самом месте, где оригинал возвышался полвека кряду, устрашая всех вокруг и далеко окрест. Лично я не видел, да и было ли? Может, брешут...

Александр ШУНДРИН, журналист