Ноябрь 2015 — Москва За Калужской заставой

Максим 24 ноября 2015

Алексей Козлов - выдающийся российский джазмен, саксофонист, создатель отечественного джаз-рока и основатель коллектива "Арсенал", композитор, писатель. Много гастролировал за рубежом. Активно выступает и сегодня. Король российского саксофона, которому в октябре исполнилось 80, рассказал нашему корреспонденту о музыке, Москве и о себе. Утаив, что такое джаз.

- Глядючи на вас, поверить невозможно, что вы родились еще в довоенной столице. Ее так мало осталось сегодня. Вам жаль Москву вашей юности?

- Мне жаль, что Москва постепенно утратила некоторые свои качества, присущие городу в первые послевоенные годы. И прежде всего радушие коренных москвичей, особый московский говор, специфику взаимоотношений, терпимость к людям всех национальностей... При Хрущеве появились новые микрорайоны, которые заселяли лимитчики из разных концов страны. Они постепенно стали раздражать москвичей своей напористостью, непривычным выговором, а порой и отсутствием элементарной культуры. Еще позднее появилось понятие "понаехавшие". Эта категория гастарбайтеров с Украины, из Молдавии и некоторых азиатских республик настроила против себя даже уже бывших лимитчиков, ставших москвичами не так давно. О коренных москвичах я уж и не говорю. Тем более что их становилось все меньше и меньше. И постепенно они просто растворились в огромной массе приезжих и... как-то потерялись. Появилась новая Москва, которая приобрела совсем иной облик, сочетающий в себе все качества современной столицы, города будущего, но все же сохранившего свой исторический патриархальный имидж. Я издавна любил бывать на ВДНХ. И очень порадовался, как быстро удалось восстановить прежний облик этого замечательного места, с заброшеннымикогда-то павильонами, загаженного ларьками и палатками.

- Насколько я знаю, джаз в вашей жизни присутствовал с детских лет?

- Сперва это были довоенные пластинки с музыкой джаз-оркестров Утесова, Цфасмана, Варламова. Были и пластинки с записями музыкантов, сбежавших в 1939 году от преследований гитлеровцев в Минск и во Львов, - оркестры Эдди Рознера и львовского "Теа-джаза". Но в 1946 году джаз вообще был запрещен в СССР и поэтому достать записи такой музыки стало невозможно. Ну а начиная с 1956-го, я стал слушать по приемнику передачи "Music USA" с Уиллисом Коновером, сделавшись знатоком современных тогда стилей - бибоп, хардбоп или кул, а позже - фри-джаз. Так продолжалось до начала 70-х, когда я узнал, что появилась музыка стиля джаз-рок-фьюжн. И одновременно с этим пришли прогрессив-рок и рок-опера "Jesus Crist Superstar". Вот тогда я и созрел для идеи создать в России нечто свое, не подражая никому, а используя все, что было накоплено к тому времени в мировой музыкальной культуре, включая джаз и рок-музыку. Так появился в ноябре 1973 года ансамбль "Арсенал".

- Откуда такое название?

- Во-первых, само это слово обозначает не просто склад оружия, но и большой выбор средств. А, во-вторых, я уже тогда был болельщиком лондонского футбольного клуба "Арсенал".

- Вы представили наш джаз-рок в США на сцене знаменитого Карнеги-холла в Нью-Йорке. А что вы сами увидели там, с кем встретились?

- Я приехал в Америку в 1995-м как гастролер - вместе с "Арсеналом" и Тамарой Гвердцители, обнаружил, что на концерты советских артистов ходят главным образом наши эмигранты, уехавшие из СССР довольно давно и тоскующие по своему советскому прошлому. Американцам же наш джаз и поп-музыка никогда не были интересными. Они интересовались нашим балетом, виртуозами классики и в меньшей степени цирком. И еще я с удивлением обнаружил, что в большинстве американских городов, за исключением Нью-Йорка, Чикаго, Бостона или Нового Орлеана, практически нет никакой джазовой жизни. Нет джаз-клубов, не проходит джазовых концертов, по радио и телевидению не транслируется традиционный джаз. Только кантри, диско-поп, в лучшем случае - smoоth-jazz. Грубо говоря, я с сожалением понял, что Америка перестала быть джазовой страной. Особенно ярким впечатлением для меня были встречи с моими старыми друзьями. Дело в том, что когда они еще при советской власти эмигрировали, то при проводах у меня было чувство, схожее с тем, когда хоронишь кого-то. То есть - прощаешься навсегда. Разница лишь в том, что ты понимаешь, что человек будет жить, но в каком-то недоступном мире. Ведь я никогда не думал никуда эмигрировать. А в советские времена всех эмигрантов считали предателями и обратно не пускали. Так что встретиться вновь не представлялось возможным. Я даже написал тогда пьесу "Последний взгляд", посвятив ее моменту прощания с отъезжавшими в Израиль, в Германию или США. И вот после первого же концерта ко мне стали подходить мои старые друзья и знакомые. Я ощутил нечто схожее с тем, как если бы я попал на тот свет и встретил там давно умерших людей. Странное было чувство.

- Вы - "человек-оркестр", что называется. А бывает ли у вас свободное время, и, если да, как вы его проводите? Есть ли хобби?

- Так называемого свободного времени у меня, конечно же, нет, потому что я все время чем-то занят. То сочиняю и оркеструю новые пьесы, то сижу за компъютером, скачивая материалы из интернета, работая над новыми проектами, то проверяю и совершенствую свой сайт, то выступаю на концертах и на лекциях, то просто читаю. Ни на какое хобби времени, да и желания не остается. А отдых - это переключение с одного вида деятельности на другой. Просто ничего не делать, сидя где-нибудь в доме отдыха, - для меня тоска зеленая. Так что от дачи я уже давным-давно отказался.

- Вы ни слова не сказали о вашем клубе...

- Он не мой. То есть "Клуб Алексея Козлова" мне не принадлежит. Я отнюдь не богатый человек, чтобы позволить себе такую роскошь. Но несколько лет назад продюсерско-издательский фонд обратился ко мне с предложением присвоить мое имя музыкальному клубу в одном из помещений Олимпийского спорткомплекса. Я согласился. И вот так в Москве появился клуб, направленный на пропаганду лучших отечественных коллективов самых разных направлений. В двух залах клуба установлена высококачественная звуковая и световая аппаратура, а также смонтированы видеокамеры, позволяющие смотреть онлайн (не выходя из дома) все, что там происходит.

- Что в ваших планах?

- Готовлюсь к проведению новой серии абонементных концертов-лекций в Государственном концертном зале им. Чайковского. Тема - "История музыкальной культуры ХХ века". Ну а потом надеюсь издать весь этот материал на видеодисках.

- Возраст чувствуете?

- Пока нет.

- Но что-то изменилось с годами в вашей жизни?

- Конечно! Очень многое. Я перестал быть "штатником" и диссидентом, как это было в советские времена. Окончательно почувствовал свою неразрывную связь с Россией, с ее уникальной историей, с ее великим культурным наследием. То есть стал настоящим российским патриотом, причем без всякого ложного пафоса. Более того, я пересмотрел свое отношение ко многому, что было достигнуто Советским Союзом и утрачено в эпоху Горбачева и Ельцина. Да, я вижу все недостатки в нашей теперешней жизни, но не брюзжу, а надеюсь, что мы преодолеем все трудности последнего периода, и я сам сделаю все, что в моих силах, чтобы хоть как-то помочь стране в этом процессе.

- Если бы молодость знала, если бы старость могла...

- Ко мне это не имеет никакого отношения.

- Тогда последний вопрос. Ваши слова: "Джаз - это расплавленная архитектура" стали уже едва ли не афоризмом. Так что же такое джаз?

- Знаете, однажды - еще до войны - одна дама подошла к американскому джазмену-пианисту Фэтсу Уоллеру и задала этот вопрос. На что получила в ответ: "Мадам, если вы до сих пор не знаете, что такое джаз, то и объяснять бесполезно".

- С днем рождения, Алексей Семенович! С юбилеем!

Беседу вел Александр КАЗАНЦЕВ

Максим 17 ноября 2015

Всероссийский благотворительный проект "Поколение Маугли", художественным руководителем которого является актер Константин Хабенский, и Благотворительный фонд Константина Хабенского объединили задачи развития творческих способностей ребят из разных регионов страны и сбора средств на лечение тяжелобольных детей. Спектакль гастролировал по регионам России, затем премьера состоялась в Кремле. И вот мюзикл снова уезжает на гастроли, потому что его с нетерпением ждут в каждом городе ребята - и участники, и зрители.

- Константин, давно вы начали работать над спектаклем? Сколько раз он уже "выходил на публику"?

- Сегодня сыграно более 30 спектаклей, а это для любого репертуара много. Работа над проектом началасьгод назад, и уже летом 2014-го состоялась премьера. В постановке задействовано огромное количество людей, онас большим успехом прошла в разных городах. Обновленная версия была показана в Кремле. То есть наш спектакль - как живой организм - постоянно развивается и обновляется. Он невероятно красивый, добрый и, что отрадно, охватывает огромную аудиторию - "Поколение Маугли" уже посмотрели восемь миллионов человек! Также в рамках проекта по всей России проходят различные мероприятия. То есть одновременно речь идет и о творчестве, и о спасении детей.

- Как отбираете исполнителей?

-Для взрослых актеров существуют кастинги и, кстати, не все его проходят. Я сам считаю, что приглашать нужно только самых лучших актеров. Многие благородно соглашаются. Так, у нас играли Тимур Родригес, Диана Арбенина, Екатерина Гусева, Алексей Кортнев, Гоша Куценко, Юрий Гальцев. Аюные участники доказывают свое право на работу талантом и упорством. И я вижу, какие у нихчистые и открытые помыслы. Дети играют во имя жизни других детей. Каждый раз, когда заканчиваем спектакль, мы объявляем со сцены: "Сегодня мы играли для Саши, а завтра будем играть для Маши!" И ребята смотрят на экран и понимают:они выступают не только для своего удовольствия, и не только для того, чтобы ими гордились родители. Вы не представляете, с какой отдачей работают на сцене маленькие артисты. И еще я вижу детей, которые выздоравливают, и мне кажется, что это прекрасная практика, что все не зря и не впустую.

- А что делает в вашем мюзикле известный футболист Александр Кержаков?

- Это его дебют, он принял участие в роли Каа. Александр играет человека, который пытается собрать большую команду звезд баскетболистов и, конечно, проходит через всевозможные испытания, преодолевает разные препятствия.Вообще мюзикл "Поколение Маугли" - это история по мотивам Киплинга, перенесенная в большой город, в мегаполис. Главные герои - Балу, Шерхан, Багира - взрослые люди, которые в душе остаются детьми.

Кстати, есть у нас еще и виртуальная часть проекта, портал постоянно организует мастер-классы известных фотографов и художников, другие мероприятия, и все, кто желает к немуприобщиться, ставят лайки, делают перепосты,за это начисляются баллы, а все заработанные таким образом средства идут на лечение больных детей.

- Если не секрет, сколько денег уже собрано благодаря проекту?

- В конце прошлогогода было собрано 250 тысяч рублей. Помимо того люди просто перечисляют средства в наш фонд, ведь все знают, лечение сегодня стоит дорого, цены за последнее время выросли практически в два раза, да и лекарства подорожали.

- Вы сказали, что сейчас практически все дети сидят в интернете, а как выотноситесь к социальным сетям? У вас есть личная страница?

- Наш Благотворительный фонд присутствует во всех социальных сетях, и люди, попавшие в сложные жизненные ситуации, обращаются в фонд именно через сети.

Моя личная страничка также присутствует во всех социальных сетях, но она "молчит", она сделана специально для того, чтобы люди, думающие и понимающие, не обращали внимания на многочисленные клоны – страницы, "говорящие" от моего имени. Я, конечно, возмущен этим, но ничего не могу поделать. Весь мир сейчас охваченсоциальными сетями, все люди сидят на этих площадках, особенно дети, конечно, проводят там много времени, но мне кажется,ничего в этом страшного нет, просто их нужно правильно направить.

- Ваш спектакль удостоился уже многих призов и наград, для детей это мощный стимул, да и ваша актерская карьера служит им отличным примером. Надо полагать, юные артисты после завершения проекта захотят пойти по вашим стопам?

- Да, недавно проект был отмечен премией Станиславского, а весной нам вручили специальную награду в Лондоне. Наш проект - не какая-то самодеятельность, это серьезный профессиональный мюзикл, в нем участвуют почти сто человек. Дети готовы репетировать каждый день, они работают с полной отдачей. Но наверняка не все они станут артистами, не всем это и нужно - гораздо важнее, что уже с детства ребята пройдут курс благотворительности, и я думаю, что они все без исключения станут порядочными и хорошими людьми. Потому что наш проект - не только обучение творчеству, но и обучение состраданию.

- На одной изпресс-конференций кто-сказал: "Нужно остановить музыкальную жизнь на год и вылечить всех детей!". Вы как-то можете их прокомментировать?

- Я считаю, что жизнь останавливать не надо, это бесполезное занятие. Поэтому нужно жить так, как ты себе это представляешь, собирая вокруг себя единомышленников, создавая вместе с ними свои "островки". Мне кажется, что к нашему проекту присоединяется все больше и больше людей, потому что мы не поучаем, а предлагаем выбор,творим, фантазируем, все время что-то делаем. Так что каждый раз 31 декабря, подводя итоги прожитому году, мы можем сказать себе и своим друзьям: налицо не только карьерные успехи - мы смоглиещеи помочь людям.

- Какими словами или действиями можно сегодня побудить человека заниматься благотворительностью?

- Побудить можнотолько личным примером, ничего другого предложить не могу. Когда мы от имени фонда обращаемся к людям за помощью, они присматриваются к нам и отмечают, что мы говорим правду. К сожалению, благотворительность сейчас требует все больше и больше публичности и привлечения общественности. Простые люди хотят участвовать, но напуганы событиями прошлых лет, когда благотворительные фонды очень плохо себя зарекомендовали, многих это оттолкнуло. Нам приходится по крупицам завоевывать доверие, а оно не рождается на пустом месте. Ведь благотворительность- не мода, и если кто-то хочет участвовать в этом как в модном течение, он быстро "выскакивает". На самом деле благотворительность -единственная территория, где никто не долженреализовывать свои амбиции и преследовать какие-либо цели, кроме одной: бескорыстной помощи человеку, который в ней нуждается. Это достаточно тяжелая работа, отнимающая много душевных сил.

Беседу вела Анжела ЯКУБОВСКАЯ

Максим 10 ноября 2015

Накануне Дня полиции - своего профессионального праздника - писатель и автор детективов Александра Маринина, по образованию юрист и подполковник милиции в отставке, получила особенный подарок: в ее честь в Сиреневом саду московского парка культуры и отдыха "Сокольники" был высажен сиреневый куст из питомника селекционера Евгения Алеманова. Специально для своей любимицы он скрестил шесть сортов сирени. Куст, посаженный Александрой Марининой (в этом году она отмечает 20-летие творческой деятельности), стал первым в писательской аллее "Сокольников".

Александра Маринина (настоящее имя Алексеева Марина Анатольевна) - писательница, автор огромного количества детективов, юрист, подполковник милиции в отставке. По ее книгам снято немало фильмов и сериалов. Замужем. Живет в Москве.

- Престижная музыкальная школа Римского-Корсакова в Ленинграде - Петербурге, английские школы на брегах Невы и потом в Москве и... милиция.

- Милиция была потом. Прежде я стала юристом, чему английский язык и музыка вовсе не мешают. Я хотела быть ученым, это было главное, я им и стала. Никаких других мечтаний у меня и не было.

-В свое время вы переехали из Ленинграда в Москву. Обычно это переживается тяжело. Выросшие на невских берегах навсегда влюбляются в этот город...

- Я была еще очень мала, чтобы иметь какие-то особенные чувства к Ленинграду. Мне было 12-13 лет. Но, разумеется, приходилось достаточно непросто, потому что в Ленинграде остались все мои друзья, а теперь вот предстоял первый опыт смены школы, то есть входа в полностью новый коллектив. Разумеется, я боялась и, конечно, тосковала по своим подругам. В то время не было интернета, люди переписывались с помощью обычной почты. Так и я со своими подругами еще какое-то время переписывалась. Но не могу все-таки сказать, что я грустила и тосковала именно по самому городу, по Ленинграду, потому что маленькая еще была,и все душевные силы ушли на адаптацию к новым условиям - новое жилье, новый город, которого я не знала, новая школа, новые учителя. Все другое. Но, конечно, прежде чем я почувствовала себя более или менее уверенно, прежде чем исчезла тоска, прошло достаточно много времени.

- Ну а когда возвращаетесь в Санкт-Петербург, какие-то чувства возникают?

- Хочется скорее оттуда уехать. Мне некомфортно.

- Потому что стали москвичкой?

- Нет, не поэтому. Не потому, что я стала москвичкой, а потому что возраст. Я стала очень привязана к месту. Мне комфортно только у себя дома. Оказавшись в любом месте вне своей квартиры, я хочу скорее попасть домой. Не важно, в Москве, Петербурге или где-то за границей.

- Марина Анатольевна, вы всю жизнь исследуете преступность, много написали трудов на эту тему... То, что человек становится преступником, обусловлено генами или играет роль совокупность множества факторов? И можно ли как-то предотвратить потенциальную возможность каждого человека стать преступником?

- О, это очень сложный вопрос, на эту тему написано гигантское количество литературы, но по сей день специалисты не пришли к единому мнению.

- Почему?

- Потому что на самом деле причин этого явления не знает никто. Даже если ребенка полностью изолировать, не выпускать на улицу и не давать ему общаться с людьми, если у него плохая наследственность, если он к тому же еще и все время смотрит по телевизору всякие ужасы, совершит ли он преступление? Да, скорее всего совершит - при помощи компьютера. Он придумает, как это сделать. Но, опять-таки, необязательно, может и не совершить.

- А ведь раньше и не было-то никаких компьютеров.

- А преступность все равно была.. И все равно будет.

- Уровень преступности сегодня растет или снижается?

- Растет. Но тут надо сказать и о том, что уголовное законодательство меняется. Скажем, при советской власти была знаменитая 209 статья уголовного кодекса, по которой уголовной ответственности подлежали лица неработающие, то есть тунеядцы.Была статья за гомосексуализм, по которой тоже отлично люди сидели, и эти преступления попадали в статистику. Сейчас же появилось очень много экономических преступлений - таких, которых не было и не могло просто быть раньше. Например, уклонение от уплаты налогов. Раньше-то все налоги платили автоматически. Уклониться можно было только в одном случае - если ты занимался частной практикой или какой-то надомной работой, получал деньги наличными и вот с них не платил. Но это были единицы. А теперь это статья, по которой массу людей привлекают к уголовной ответственности.

- Ну а убийства?

- Убийства всегда были, и статьи по ним сформулированы точно так же, как и прежде. Правда, сейчася этой статистикой не владею, мне это неинтересно.Хотя, когда занималась наукой, эту статистику знала наизусть по годам. Но с тех пор прошло уже 25 лет..

- Психология преступника за кордоном та же, что и у нас?

- Психология абсолютно одинаковая, разницы никакой.

- Вы - провозвестник детективного жанра постсоветской эпохи...

- Ну не так уж... Может быть, одна из женщин, которые стали писать и издаваться в этом жанре. А так мужчины очень активно писали.

- Пишут и сегодня. Кто вам нравится?

- Я не отвечаю на этот вопрос никогда.

- А из западных авторов? Или это тоже секрет?

- Это не секрет. Ю Несбё, Иэн Рэнкин, Камилла Лэкберг, Элизабет Джордж... Очень многих авторов люблю. Джона Гришэма очень люблю, хотя это не детективы, это немного другое, юридическая такая проза.

- Детектив - серьезный жанр?

- Безусловно. Вы вот попробуйте взять и написать 300 страниц… Или давайте так: Аркадий Аверченко -серьезный жанр? Нет? А вы попробуйте,напишите, как Аверченко. Так что серьезность произведения измеряется работой над ним и трудозатратами.

- Сейчас вы готовитесь писать сагу, ездили в Ульяновск, изучали документы о Ленине и Керенском. Грядет что-то фундаментальное?

- Почему обязательно фундаментальное?.. Это произведение будет таким же, как и остальные. К тому же у меня есть уже две саги. Может быть, новая будетне такая большая. Хотя планирую тамохватитьдостаточно большой временной промежуток, больше, чем в двух предыдущих. Половина книги уже написана.

- Многие ваши произведения экранизированы, по ним сняты телесериалы, например, знаменитая "Каменская"...

- Ой, не могу больше про "Каменскую" - надоело!

- Ну а вообще вас интересует то, что происходит на телевидении в детективном жанре?

- Я, честно говоря, не знаю, что происходит на телевидении. Четыре года не включаю телевизор. Принципиально. Смотрю только фильмы, записанные на флэшку или диск.

- Сегодня вы посадили дерево...

- Да, впервые в своей жизни. У меня нет дачи, нет сада...

- Цветы сирени - ваши любимые?

- Я люблю лилии. Белые лилии на зеленом стебле.

Беседовала Анна СЕНЬКОВА

Максим 5 ноября 2015

Анна Кипер, профессор института моды в Нью-Йорке и талантливый дизайнер, стала популярна и всемирно известна после того, как написала потрясающие книги, которые признаны лучшими учебниками в фэшн-индустрии. Практически каждый специалист, причастный к миру моды, мечтает иметь в своей библиотеке эти уникальные творческие пособия. Дизайнер также много лет создает образы для голливудских актрис и, разумеется, преподает, стимулируя будущих творцов моды креативно и нестандартно мыслить.

- Анна, как пришла идея взяться за перо?

- Я уже много лет погружена в мир фэшн-индустрии и столько об этом знаю, что с удовольствием делюсь своим опытом со всеми, кому это интересно. Я приехала из Москвы в Нью-Йорк, когда мне было двадцать, в 1988 году. В Москве в середине 80-х начала изучать моделирование, конструирование и технологию изготовления женской одежды, но для себя, к сожалению, не увидела перспективы в России того времени. Решила, что в Нью-Йорке у меня будет больше возможностей воплотить свои мечты в реальность. Захотелось рискнуть и отправиться в далекую и незнакомую страну.

- В США вы сразу стали работать по профессии?

- Конечно, нет. Приехав в Америку, вскоре поняла, что мне нужно учиться дальше. У меня была художественная и техническая подготовка, но английского, особенно профессионального английского, оказалось на тот момент недостаточно. В максимально сжатые сроки изучив язык, я поступила в институтт ехнологий фэшн, который успешно окончила и где преподаю вот уже шестнадцать лет. Я с детства очень любила рисовать и шить, мечтала сама создавать коллекции. После окончания института в Нью-Йоркекакое-то время работала в должности технического дизайнера и конструктора. Все-таки сказалась прекрасная московская подготовка, у меня была неплохая техническая база.

В России нам хорошо преподавали основы моделирования и конструирования, которые позволяли профессионально разбираться в лекалах. Я видела модель в полном объеме и сразу понимала, какие нужны элементы, какие детали, из какой ткани лучше шить, какая подойдет отделка, как ткань себя будет вести в процессе носки. Вскоре научилась разбираться, на какой фабрике лучше всего сошьют ту или иную модель, чтобы правильно поместить заказ на продукцию. Я присутствовала на всех примерках и давала советы по всем техническим сторонам, но мне это не очень нравилось, хотелось проявлять больше фантазии, самой создавать эскизы и воплощать их в жизнь. В какой-то моментначала паниковать, так как с каждым годом моя заветная мечта отдалялась от меня все дальше и дальше. Однажды решила взять свое портфолио и посетить одну из сезонных лекций о веяниях современной моды Давида Вулфа, современного гуру моды. После лекции подошла к Давиду, попросила посмотреть мои эскизы. Он быстро окинул их взглядом, и буквально на следующий день мне позвонили и предложили новую работу в специальном агентстве, которое занималось предсказанием тенденций моды и исследованием мировых трендов в одежде, аксессуарах и косметике.

Я Давиду Вулфу очень благодарна. Мы, кстати, до сих пор с ним общаемся, он для моей второй книги написал большую статью об истории и создании трендов.

- Бюро по предсказанию моды… Звучит как-то сказочно и нереально, а из чего состояли ваши будни?

- Мы предсказывали, какие направления выйдут на рынок, модные силуэты, популярные цвета, из какого материала будет создаваться одежда в ближайшем будущем. В таком бюро обычно работают очень опытные, творческие люди, они хорошо осведомлены о том, что происходит в мире. Значительная часть индустрии моды шла за нашей нью-йорскойлабораторией. Бюро консультировалось с различными мировыми компаниями в различных областях и рынках, собирало подробные сведения и создавало единую квинтэссенцию в фэшн-индустрии. Это был самый потрясающий опыт в моей жизни, работа в агентстве дала мне уникальные навыки, пригодившиеся в дальнейшем и в педагогической деятельности, и в работе над концептуальными коллекциями, и в написании книг.

- Ваши книги во всем мире считают учебниками. Почему?

- Я делюсь различными профессиональными секретами, например, с помощью каких материалов можно выполнить эскиз, раскрываю приемы и методы изображения модной одежды с точки зрения дизайнера, даю рекомендации по построению энергичных композиций, созданию эффекта движения и общей атмосферы при изображении фигуры. Книга "Фэшн-иллюстрация", котораясейчас свободно продается на русском языке, не была написана как типичный учебник, а скорее преследовала идею творчески вдохновить читателя. Главная ее цель - подчеркнуть возможности рисунка, дать профессиональные советы и раскрыть мелкие секреты, связанные с мастерством иллюстрации одежды. Мне кажется, таким интуитивным способом можно повлиять на развитие способностей будущего модельера быстрее, чем сухим, закрепощающим фантазию учебником.В своей второй книге - "Фэшн-портфолио" - я описываю не только существующие ткани и силуэты, но и все, что повлияло на фэшн в целом, даю рекомендации, как концептуально мыслить, показываю, как появляются новые тренды.

- Как преподаватель ипрофессиональный предсказатель моды, каким вы видите ее дальнейшее развитие?

- Сейчас основная тенденция моды заключается в том, что люди больше не следуют четким и беспрекословным указаниям дизайнеров, как во времена Кристиана Диора. Сегодня, как мне кажется,моду каждый создает сам для себя. Люди во-первых устали от огромного потока беспрерывной информации и постоянных перемен.В Америке очень многие все чаще покупают старинную одежду, которая продается на разных рынках и в магазинчиках, и комбинируют ее с тем, что сшили сами, или с тем, что осталось от прошлых сезонов, разбавляя наряд оригинальными украшениями. Потребителей волнует их собственный индивидуальный стиль, они не хотят быть рабами тренда. Очень серьезноесовременное направление в Америке - индивидуализм: ты один такой, ты уникален.

Покупатели больше стали ценить себя, свой внутренний мир, они отказываются от штампов, от всяческого копирования, от навязывания образов - в этом они видят свое личное самовыражение.

В России очень ценят мнение окружающих (вспомним пословицу "По одежке встречают"), в Америке и Европе ты сам решаешь, что тебе носить, в чем тебе комфортно, какая одежда наиболее полно представляет тебя как свободно мыслящую личность.

- Но тем не менее к вам на лекции о моде стремятся попасть студенты со всего мира. Кто ваши ученики?

- Кроме американцев у меня учатся студенты из Индии, России, Китая, Кореи, Индонезии, из многих уголков Европы и Латинской Америки. Я учу двум вещам - как иллюстрировать фэшн и как создавать современный фэшн-дизайн. У меня накопилось много материала, конечно, было бы здорово приехать в Москву и поделиться своим опытом. Заметила, что студенты из России немного другие, чем были мы в молодости, они необыкновенно старательные, находчивые, у них прекрасные манеры, они открыты всему новому, прогрессивно и смело смотрят на современный мир. Меня это радует, мне такие люди нравятся.

- Как складывается ваш рабочий график?

- Я преподаю, работаю в индустрии, пишу книги, у меня семья, двое детей, езжу по другим университетам с лекциями, меня даже приглашали в Китай. Жизнь, конечно, напряженная. Встаю очень рано, у менябезумное расписание, но я не планирую сбавлять ритм, потому что такая динамичная жизнь мне нравится.

В 2007-м я привозила в Москву на выставку, которая проходила на ВДНХ, работы моих студентов и общалась с российскими мэтрами - Зайцевым и Юдашкиным, это интеллигентные и талантливые люди, мечтаю с ними пообщаться еще, рада, что работы моих студентов им понравились. Особенно меня впечатлили необыкновенные, просто фантастические эскизы Вячеслава Зайцева.

У него свое, особенное, индивидуальное видение, мне кажется, что его работы должны выставляться в музеях и изучаться современными дизайнерами, потому что этот художник повлиял на всю российскую культуру моды и сформировал целую плеяду мастеров. Но в России, к сожалению, есть одна проблема - нет целостного концептуального видения в дизайне.

- Что вы под этим подразумеваете?

- Это сложно объяснить в двух словах. Например, российские дизайнеры любят возвращаться к своим корням и брать длятворчества русский народный костюм. В последние годы это очень популярно. Но мастера почему-то берут буквальный образ и полностью переносят его в современность, не адаптируя, не проводя через свое внутреннее видение. Они часто интегрируют отдельные элементы народной одежды в современные модели без каких-либо изменений, и это не работает, потому что вещи начинают напоминать театральные костюмы, в обычной жизни это выглядит несовременно.

Я учу молодых модельеров мыслить совсем по-другому, менее стереотипно, более абстрактно.

- В Америке талантливому человеку тяжело пробиться?

- Не буду напрасно обнадеживать, конечно, непросто. Соревноваться с китайцами, индусами, корейцами невероятно тяжело, вы даже не представляете, насколько они трудоспособны и настойчивы. Но здесь есть огромное "но". У русских художников и дизайнеров есть невероятная глубина, которая сформирована благодаря классической литературе: Достоевский, Толстой, Чехов, Набоков. Мощнейшая многовековая культура дала русским людям сильный толчок к полету фантазии и воображению.

Кстати, мои дети родились в Америке, но прекрасно говорят на русском языке, и я пытаюсь им привить искреннюю любовь к русской литературе. В русских студентах замечаю вдохновение и нестандартность мышления, если хотите, какую-то "сумасшедшинку" в хорошем смысле слова и, конечно, всячески стараюсь укрепить и развить эти тенденции. Мне кажется, что сочетание европейской культуры и азиатских традиций дало русским людям огромный потенциал, такое смешение двух культур порождает уникальное мышление - азиатский подход к деталям и свободу видения в перспективе. Типично азиатское мышление - это дословное видение, "что вижу, то и пою". У европейцев искусство более абстрактное, свободное, но комбинация двух вещей дает уникальный синтез. Так что у русских мастеров есть огромные преимущества и шансы.

Беседу вела Анжела ЯКУБОВСКАЯ