ПРИКАЗАНО ВЫЖИТЬ
Автор: Андрей Федоров
Фото автора

Кадр из фильма «Зов предков» (2019). Режиссер Крис Сандерс. В главной роли - Харрисон Форд.          https://yandex.ru/search

«Жертвы легендарных кораблекрушений, погибшие преждевременно, я знаю: вас убило не море, вас убил не голод, вас убила не жажда! Раскачиваясь на волнах под жалобные крики чаек, вы умерли от страха», - так заявил в начале 1950-х годов французский врач Алан Бомбар. Он считал, что человек вполне в состоянии перенести одиночное трансокеанское плавание без еды, и решил доказать это лично. И доказал. В 1952 году в одиночку пересек Атлантический океан за 65 дней (2375 морских миль - 44 000 км) на надувной спасательной лодке, питаясь только рыбой и планктоном.

В партизаны я б пошел, пусть меня научат

Сижу один в редакции журнала «Советский воин», в отделе военного очерка и публицистики, и тупо смотрю, как по потолку лениво ползет жирная муха. На ум невольно приходит пушкинский «Выстрел». Был бы пистолет, так и размазал бы ее, как Сильвио, - одним выстрелом…

Весь отдел по тревоге спецбортом улетел в Спитак, где накануне случилось жуткое землетрясение, а ты сиди в «казарме», как последний «шланг», отвечай, как «секретутка» на звонки, смотри на эту сволочную муху и глотай сопли от обиды, что оставили «за бортом». Заходит шеф. Главред журнала «Советский воин». В одной руке початая бутылка армянского коньяка, в другой два граненых стакана.

- Махнем не глядя, чтобы у наших ребят количество взлетов и посадок равнялось, - ставя на мой рабочий стол, говорит шеф.

«Да пошел ты…» - чуть не вырвалось у меня, но, проглотив очередной ком в горле, только буркнул: «Наливайте».

Выпили по «сто». Немного отпустило. Молча добили без закуски «армяна» (три звездочки). Закурили. Шеф кладет передо мной небольшую по формату, но довольно толстую брошюру:

- Прочитай. Особенно раздел, как выживать в лесу, когда кругом враги. Когда ознакомишься, можешь валить в леса и испытать все это на себе… «Спутник партизана». Издательство «Молодая гвардия». 1941 год.

Справочник для партизан.... Был выпущен в Москве в 1941 году издательством «Молодая гвардия» как учебно-методическое пособие для партизан и диверсионных отрядов молодых бойцов НКВД, действующих в Московской области в октябре-ноябре 1941 года.                                                                                                                                                                 https://meshok.net/item/116078325

Интересно. Бегло пролистал разделы, подробно рассказывающие в картинках о маскировке и наблюдении за противником, сооружении складов-схронов оружия, боеприпасов и продовольствия, временных убежищ в разные времена года в лесу и на открытой местности, способах подрыва и порчи линий электропередачи, железнодорожного полотна, минировании дорог, снятии часовых и отходе диверсионной группы под прикрытием, а также об уничтожении различных объектов подручными средствами… Все это уже отработано на учениях в ВДВ в составе ДШБ (десантно-штурмовой бригады) во время прохождения срочной службы.

А вот как приготовить хлеб из осины, какие корешки растений можно употреблять в пищу, как их правильно приготовить, как поймать рыбу и птицу практически голыми руками, весьма интересно. Невольно вспомнил героических бойцов диверсионно-разведывательной группы штаба Западного фронта - Зою Космодемьянскую и ее подругу Веру Волошину. Обе были казнены фашистами при выполнении боевого задания в тылу врага.

В то время (середина 80-х годов) о Вере Волошиной мало кто знал, только о Зое. Это и понятно. Космодемьянскую казнили публично, как партизанку, в деревне Петрищево, согнав к месту казни жителей деревни. К тому же при освобождении деревни у одного убитого фашистского фельдфебеля в кармане шинели была найдена кассета с непроявленной фотопленкой, на которой при проявке были запечатлены кадры казни Зои.

В то время как раз собирал материал именно по Вере Волошиной. Она так же, как и Зоя Космодемьянская, была казнена фашистами. Только не публично, как Зоя, а на лесной дороге, без свидетелей, на ветке придорожного дуба. Поэтому о ее подвиге мы долго ничего не знали. Достал из стола папку с набросками будущей статьи о Вере Волошиной.

                                      Вера Даниловна Волошина. Красноармеец диверсионно-разведывательного отряда штаба Западного фронта. Казнена фашистами 29 ноября 1941 г. вблизи деревни Головково. В 1994 году присвоено звание Героя России.                                                                                                                           https://yandex.ru/images/search

Задумался. Как же эти девочки, вчерашние школьницы, воевавшие в разных диверсионных отрядах, защищали Москву, не имея при себе даже пистолета «ТТ» хотя бы с одним патроном, чтобы не сдаться в крайнем случае в плен врагу?! В вещьмешке была только буханка черного хлеба, одна немецкая банка тушенки (вроде как немцы угостили), бутылка водки (для «сугрева» в заснеженном лесу), две бутылки керосина (будто для лампы) и полкоробка спичек (керосин и спички - для поджога жилых домов, в которых были расквартированы немцы). Никакого оружия у них не было. Его мог обнаружить немецкий патруль на КПП.

Поэтому ее скульптура на станции Московского метро «Партизанская», где Зоя изображена в ватнике, юбке, кирзовых сапогах и с винтовкой за плечом, не соответствует действительности, но ни в коем случае не умоляет ее бессмертного подвига.

Последний патрон

                                          Узбекистан. Гора Чимган.                                                            https://yandex.ru/search

Май 1979 года. Узбекистан. Предгорье горы Чимган. Сержант взвода связи парашютно-десантного полка Никита Артемьев (позывной «Артюха») на третий день нашего с ним пребывания в горах в полуразрушенном блиндаже связи проводил продовольственную ревизию. Вернее сказать, того, что осталось от суточных армейских сухпаев на два «рыла».

Учения закончились еще позавчера, а мы обеспечивающие связь и оцепление на этом рубеже, продолжали торчать в сопках, днем изнывая от жары, а ночью греясь у костра из саксаула и сухой верблюжьей колючки. Три раскрошившиеся галеты, два куска сахара и столько же пакетиков соли по 10 граммов. Весь наш ужин. Артюха уже «старик». Осенью домой в Ульяновск, а мне еще служить полтора года.

- Артюх, а почему нас не забирают? - в который раз робко спрашиваю своего командира, когда прекратилось урчание в животе от голода.

- Наверное, на «вшивость» нас проверяют. Сожрем мы друг друга в этих горах или нет. Я слышал, в ВДВ для разведподразделений есть специальные учения на выживание. Забрасывают в глухую «зеленку» на неделю. Дают только один сухпай на сутки - и выживай как хочешь. Птиц лови, зверей всяких, траву жри.

- Но мы же не разведчики, а связисты.

- Отстань…Эх, была бы тут река или озеро, я бы рыбы наловил или раков. Знаешь, у нас на Волге их сколько? - Артюха блаженно закрыл глаза и проглотил слюну, видно, вспомнив свои детские годы, о которых мне тысячу раз рассказывал, как ловили с отцом сомов на сто кило.

Артюха в который раз полез проверять карманы наших «РД» (рюкзак десантный). Из моего вдруг достает боевой патрон калибра 5.45 мм. Под наш автомат АКС-74.

- Откуда у тебя ЭТО!

- Не знаю, с прошлых стрельб остался. Я тащил «цинк» распечатанный (емкость для патронов), наверное, завалился один, - соврал я. На самом деле один патрон заныкал специально. Хотел из него сделать «висюльку» на шею, которые носили многие «старики».

- Андрюшка! Живем! - хлопнул меня по плечу Артюха. - Вот когда твое московское раздолбайство пригодилось. Уж я-то не промахнусь. Артюха вставил патрон в рожок, «прицепил» к автомату и залихватски передернув затвор, поставил оружие на предохранитель.

- Я на охоту. Костер не разжигать. Сидеть тихо.

- Есть товарищ сержант! - бодро крикнул ему вслед.

- Да пошел ты…- Артюха скрылся в надвигающихся сумерках. Сижу тихо, как мышь или тушканчик в норе, ожидая захода солнца. Решил сбегать за водой. У подножья сопки протекал небольшой, уже пересыхающий ледниковый ручей. Артюха разрешил брать из него воду, пока она течет с Чимганского ледника. Таких ручьев тут было несколько, все они впадали в реку Чирчик. Днем бурлили, а к ночи они пересыхали. Надо было успеть набрать чистой талой воды до наступления темноты.

Прихватив две наши фляги и один котелок, пошел к ручью. Набрал воды. Только стал подниматься вверх по козлиной каменистой тропе, как рядом проползла здоровенная змея. Вот это удача! Схватил первый попавшийся под руку камень. С силой запустил его ей в голову. Змея уползла под кустик травы на краю тропы. Ага, вот она! Притаилась. Ну, уж теперь-то не промахнусь.

Вскоре все было кончено. Здоровенная, толстая серая гадюка под кило весом. Даже если Артюха не подстрелит суслика, супчик из змей нам обеспечен. Правда, змей есть раньше не приходилось, но точно знал, что во многих странах их очень даже уважают. Довольный добытым трофеем прибавил ходу к нашему блиндажу. Где-то совсем рядом грянул одиночный автоматный выстрел. Вскоре появился Артюха. Он нес за задние лапы здоровенного сурка:

- Видал! Мастерство не пропьешь. Шкерить умеешь? (снять шкуру с добычи).

- Обижаешь, командир! У меня дед охотинспектор в Московской области. Учил, как с русака шкуру снять на раз-два. Показал ему свой трофей. Артюха поморщился.

- Не, это без меня…

…В двух армейских котелках сварили мясо сурка на углях саксаула. Готовить еду на нем одно удовольствие. Открытого пламени почти не дает, а жар от углей обалденный. На двух наших автоматных шомполах зажарил шашлык из змеи.

- Слушай, а запах-то! Ну, ва-а-ще! Лещ копченый, да и только. Андрюха, ты в своей Москве хоть раз настоящего копченого леща хавал? - уплетая «змеиный шашлык», урча, как кот, бубнил Артюха.

- Угу, - с набитым ртом пытался ответить.

- Врешь ты все. Откуда у вас в Москве настоящие волжские лещи, язи, стерлядочка. Вот у нас на Волге…

«Ну все, понеслась душа в рай, - подумал про себя. - Сейчас начнет заливать, как сома с батей на 150 кило тащили полдня. Сытый сержант - добрый сержант». Артюха перестал жевать. Показал кулак: «Тишина».

- Слышь, кажись, наш «газон» тащится по серпантину, - почему-то шепотом произнес Артюха.

- Нет. Не слышу.

- Глухая тетеря. Собирай шмотки. За нами это. За сорок пять секунд все было собрано. Правда, особо собирать нечего было. Одна радиостанция «Р-105» с дохлыми аккумуляторами, два рюкзака и столько же АКСов. Только сейчас услышал еле-еле различимый в ночной тишине гул автомобиля. Ну и слух у Артюхи!

Еще бы, лучший связист полка с идеальным слухом. Шутка ли: на «ключе» 125 знаков «морзянки» в минуту выдает, а я только 65 с грехом пополам. Ну, все равно здорово, что меня к нему стажером батя (командир батальона) определил. В ночи показались прыгающие фары армейского «козла».

- Занять оборону! - скомандовал командир.

- Есть занять оборону, - подхватил свой «РД» и оружие, залег у входа в блиндаж. «Газон» остановился. Хлопнула дверца.

- Стой! Кто идет? - громко по уставу крикнул сержант Артемьев, передернув затвор автомата. Гробовая тишина. Потом жалобно и робко.

- Мужики, свои! Простите, ради бога! Забыли ваш пост снять с оцепления.

- Наш позывной! - грозно спросил Артюха у прапорщика взвода обеспечения полка, которого узнал по голосу и который еще два дня назад должен был нас отсюда забрать.

- «Тучка», - крикнул полупьяный голос из темноты.

- «Хренучка», - и в ту же секунду ночную тишину разорвал одиночный автоматный выстрел, резко хлестнув по ушам.

Красный «трассер» (трассирующий патрон), не предвещая ничего хорошего, злобной, красной нитью улетел в звездное небо. Потух меж мерцающих звезд на черно-бархатном небе.

- Всем лечь! Руки перед собой! Стреляем без предупреждения. Давясь от смеха, передернул затвор своего АКСа. Клацнул убедительно, хоть и с пустым рожком.

«Но откуда у Артюхи вдруг оказался боевой трассер? Неужели берег на самый «край»?! Ведь в оцепление нам не выдают боевые патроны. Их только в караул выдают. А у нас «оцеп» (оцепление), на крайняк пугнуть «бабая» с его овечьей отарой, пока мы в «войнушку» играем», - скакали в голове мыслишки.

- «Точка! Конечно же, «Точка»! - раздался уже плачущий голосок из кромешной тьмы.

- Встать! Старший «борта», ко мне бегом. Остальные на месте... Можете поменять портки. Ну Артюха! Ну класс! Положил этого «куска»-алкаша из роты обеспечения по кличке «Анаша» (армейский сленг, относящийся к званию прапорщика) лицом в сухие колючки. К утру были в полку. Рота на учениях. Нам с Артюхой отбой после двух мисок с тушеным мясом с горкой и горячим бульоном.

- Клево, Артюх, ты этого «куска» загнобил! Но откуда у тебя «трассер» оказался?

- Отбой, Андрюша…- мой старший товарищ блаженно зевнул, вытянувшись на койке…- ты что ли один такой «хитромудрый»… мне тоже на «дембель» «висюлька 5.45» на грудь вместо медали нужна. Спи, сказал! Змеелов московский… на гражданке расскажу, не поверят.

Через полгода мы снова с Артюхой сидели в оцеплении. Ему завтра под марш «Прощание Славянки» домой, в родной Ульяновск. Артюха молча накрывает «поляну». Две открытые банки тушенки пенятся на углях костерка, на расстеленной плащ-палатке белый хлеб, банка «красной рыбы» (килька в томате), в котелке янтарная гроздь винограда, запотевшая от холода армейская фляга с чашмой (местное домашнее вино).

- Махнем не глядя, «как на фронте говорят», - предложил Артюхе, зажав в кулаке ему подарок.

- Идет. Давай на счет «три». Раз, два, три - разжали кулаки. У меня «висюлька патрона 5.45» и у него точно такая же. Сияют в лучах уходящего за Чимган солнышка, как два брата-близнеца.

«Висюлька». Делали из обычного автоматного патрона. Вытряхивали порох и потом наждачкой полировали до золотого цвета и носили на шее. Иногда менялись такими «висюльками» на память об армейской дружбе.

- Под пулей в гильзе мой домашний адрес, - незаметно смахивая накатившуюся слезу, сказал Артюха.

- В моей то же самое. К сожалению, больше мы не встречались.

Везет на друзей и учителей

Крым, 1988 год. Агатовая бухта. Середина сентября. Бархатный сезон. Теплое море. Штиль. Лежу в тенечке под скалой и ни о чем не думаю. Не люблю шумных гостиниц, ресторанов и дискотек. То ли дело дикий морской берег. Самодельная палатка из списанного парашюта. Спальный мешок. Подводный комплект №1 (маска, трубка, ласты и плавки). Больше мне ничего не надо. Еще подводное ружье. Надо же чем-то пропитание в море добывать. Единственные блага цивилизации - хлеб и соль.

Распорядок дня простой: подъем с восходом солнца. Кружка горячего отвара из облепихи - на склонах Ерыдага ее немерено. Потом в воду. Утром вдоль берега по самому мелководью идут стаи кефали. Ее даже из засады не нужно стрелять. Сама проплывет в метре от тебя, если, конечно, не шевелишься и задерживаешь дыхание. Выбрал самую жирную. Стрельнул. Собственно, и все. Теперь только разжечь костерок и приготовить на углях рыбку. Ну а если повезет, то пеленгаса крупного можно добыть. Тогда тебе и обед, и ужин обеспечен.

Любил играть в Робинзона. Полдень. Сижу в тени под скалой. Пишу в своем рабочем блокноте что-то карандашом… Чу, кто-то спускается по козьей тропе с горы к моему пристанищу. Осторожно, однако, идет. Остановится. Местность осматривает. Или фотографирует. Минут через пять выходит прямо на меня дядька. Невысокий, лысоватый. На вид лет 60-65. Вытертые джинсы индийского покроя. Старая, видавшая виды штормовка. Кеды на толстый шерстяной носок надеты. В руках суковатая палка. Одним словом, наш человек. Бывалый турист СССР.

Увидев меня, мой аскетический лагерь, слегка удивился. Поздоровались.

- Виталий. Путешественник, - представился «турист СССР» и вежливо попросил разрешения присесть.

- Андрей. На отдыхе. Присаживайтесь. Чай из облепихи будете с дороги? - ответствовал ему.

- О, не откажусь. Андрей, можно на «ты»? «Видать, из пансионата журналистов, что в пяти километрах отсюда, в поселке «Планерское», - подумал про себя.

- Конечно, - сказал вслух и налил «путешественнику» кружку настоявшейся за ночь облепихи, - извиняй, без сахара.

- Отличный напиток, - сделав несколько глотков, похвалил Виталий, - смотрю, заварен прямо с веточками. И это правильно, так витаминов больше сохраняется. Новый знакомый внимательно обвел взглядом мой лагерь. Потрогал ткань палатки.

- «Д-5». Хороший парашют. Правда, сейчас «вэдэвэшники» уже с «Д-6» десантируются, с клевантами, как на спортивных «матрасах» - для управления воздушным потоком.

«Обана! А Виталий-то наш человек! «Десантура». Может, даже воевал в Отечественную войну?!»

- Ну привет, братишка! - бросив взгляд на мою «стабилизацию» на плече, показал свое «ВДВ»-тату. Обнялись, как положено нашему брату-десантнику. Все условности «политеса» и «этикета» были тут же упразднены.

- Я смотрю, Андрей, у тебя все по уму сделано. Палатка в тени стоит. Рыбу добываешь сам. Мидий и крабов ловишь, кстати, на какой глубине?

- Максимум 8-10 метров. Горбыль или подкаменный окунь прячется под разломами плит на пятнадцати метрах. Но я тут одно местечко «надыбал», там сто пудово хорошего горбыля взять можно, кило на пять. Но глубина уже около тридцати метров. Я пока на такие глубины идти не готов. Да и стремно без страховки.

- И это правильно… А продувку на какой глубине делать начинаешь? - деловито спросил Виталий, попивая чай с облепихой.

- Сразу, с начала погружения. А про себя подумал: «Обалдеть, и профессиональную «нырялку» знает»! Виталий достал из кармана штормовки плоскую фляжку. Выпили коньяку. Повеселев, Виталий «гнул» такие анекдоты и байки, что я чуть со смеху не помер.

- Завтра в Москву уезжаю. Звони. Заходи. Подарок для тебя есть. Бывай, брат! Желаю тебе, чтоб количество погружений и всплытий на поверхность ровнялось. - Виталий протянул на прощание свою визитку.

                                                                           Обложка книги Виталия Воловича по вопросам выживания в экстремальных условиях .                                  https://yandex.ru/search

Так я обрел нового друга - Виталия Георгиевича Воловича, впоследствии ставшего моим учителем и наставником, доктора медицинских наук, посвятившего свою жизнь проблемам выживания человека в экстремальных условиях.

Автор под руководством Виталия Воловича, мэтра по вопросам выживания человека в экстремальных условиях, конспектирует некоторые особенно интересные моменты из его книги.

Идем в поход, два ангела вперед…

Лето 2018 года. Редакция одной из городских газет.

- Дядя Федор, ты обещал меня взять с собой в лес на учет лесных зверей. Когда мы поедем? - заканючил мой друг и однокашник по журфаку фотокор Сергей Шахиджанян, - хочется чего-нибудь этакого…

- Экстремального?

- Ну, типа того.

- Хорошо. Только не берешь с собой своих чипсов, кофе в термосе, шоколадок и прочей гребаной «жратвы». Вообще ничего, кроме своей профессиональной фотоаппаратуры… Согласен?

- Как скажешь. Когда идем?

- Прямо сейчас.

- ???

- Чё, слабо?

- Да нет, не слабо. Просто как-то это… того… Неожиданно.

- Рисую сценарий. Мы с тобой в командировке. Скажем, в Медвежьегорске. Пошли в тайгу и заблудились. Твой смартфон «сдох». Нас начнут искать только дня через два-три. Найдут, конечно. Так вот, чтобы не тела наши остывшие они нашли, нам надо продержаться дня три. Согласен?

- А мы без бутербродов в лес пойдем? - робко спросил Шах.

- Без ничего! У меня только нож мой походный. У тебя фотокамера, ну и разные к ней причиндалы, с которыми ты никогда не расстаешься и вообще спишь с ними в обнимку, чтобы не сперли.

- Идет! С твоим ножом согласен.

Подмосковная лесная речка в 100 километрах к северу от Москвы.

Через два-три часа мы были в подмосковном лесу в урочище «Лебедево», на берегу лесной речки.

- Тут будем ждать три дня «спасателей»? - ехидно спросил Шах.

- Объясняю, почему именно в этом месте. Во-первых, река. Она нас будет кормить и поить. Во-вторых, рядом небольшая поляна. На нее может сесть спасательный вертолет. Место посадки завтра обозначим «треугольником» 6Х6 метров, который выложим из веток дерна и травы, чтобы было видно с воздуха. Рядом сложим сухие ветки. Это будущий сигнальный костер. Его подожжем ночью, если услышим шум «вертушки». В-третьих, тут много сухостоя. Это наше топливо для костра, чтобы ночью не замерзнуть. Ну и вообще с костром жить веселей.

Теперь распределяем обязанности. Я займусь охотой. Твоя задача - расчистить место для нашей стоянки. Выбрать место для костра и ночлега. Заготовить дрова.

- Это все мне?

- Ну не мне же такой фигней заниматься. Кстати, спички у тебя есть для разведения костра?

- Я же не курю.

- Курить тебе необязательно, но спички ты иметь обязан.

- Так у тебя же зажигалка есть.

- Я ее потерял.

- Чё, реально?!

- Реальнее не бывает, - соврал я. Пусть думает, как развести костер с помощью фотообъективов - пока солнце в зените. Ушел в лесок. Нашел орешину попрямей. Срубил ножом. Соорудил острогу для охоты на щуку.

С поляны потянуло дымком. Стало быть, Серега догадался-таки, как разжечь костер, сфокусировав солнечный свет с помощью фотообъектива. Кто из нас в детстве не баловался увеличительным стеклом, выжигая в солнечный день всякие глупости на скамейках или школьных партах? А если у Шаха фотоаппарата и не было бы, то он мог разжечь костер при помощи двух стекол от наших наручных часов - их надо сложить вместе, налив между ними воду. Чтобы вода не вытекла, шов замазывается еловой или сосновой смолой. Получается что-то вроде лупы. Этот и другие способы розжига костра описаны в книге о выживании в экстремальных условиях в различных климатических зонах. От пустыни до Арктики. Вообще, когда изучал.

Именно изучал, а не почитывал книгу своего старшего учителя и товарища Виталия Воловича, то невольно ловил себя на мысли, что это отличное пособие и для браконьеров тоже. Например, как ловить петлей мелких зверей, да и на крупных, таких, как лось или медведь, можно было смастерить капканы из подручного материала. К счастью, браконьеры эту книгу все же вряд ли бы додумались прочитать.

С готовой острогой спустился к реке. Пошел по менее крутому берегу в поисках подходящей для охоты заводи, поросшей рогозом или кубышкой, - это излюбленные места щуки, в таких она обычно отдыхает.

Обычно в таких заросших кубышкой заводях в полдень любят отдыхать щуки. Но разглядеть их под водой очень трудно, они тоже умеют хорошо маскироваться.

Нашел хорошую заводь. Но как внимательно ни всматривался в воду, щуки не было. Собирался уже уходить, искать другое место, как вдруг увидел ее. Не очень большая, но и не маленькая. Чтобы не мочить одежду (до вечера толком не успеет высохнуть), разделся до плавок.

Теперь без трофея возвращаться было никак нельзя. В полдень хищная щука редко охотится, после ночной охоты она обычно дремлет в тенистых зарослях кубышки. Рыбы, как и многие люди, не любят солнцепека, старясь спрятаться в тени.

… Серега искренне удивился, что мне удалось поймать рыбу, да еще, по его представлению, такую большую. Даже забыл похвастаться, что догадался развести костер при помощи фотообъектива. Посмотрел бы, каких рыб на соревнованиях в Эгейском море стреляем из подводных ружей. А один раз реально в дельте Волги с ребятами выловили сома, который не помещался в лодке. Шах тут же начал меня мучать своей фотосессией. Так встань с рыбой, эдак, физиономию довольную сделай, минут двадцать надо мной глумился.

- Где ты свои берцы в глине вывозил, - спросил Шаха, отдирая комок рыжей глины от его подошвы.

- Тут недалеко ручей. Судя по всему, где-то родник есть. Можно сходить посмотреть. Вода из родника все лучше, чем из реки ее пить.

- Вода это хорошо, но мне нужна глина, вот такая, которая на твоих подошвах. Сорви пару листьев лопуха, набери глины килограмма два-три и заверни в листья.

- Для чего глина?

- Посуду будем делать. Но для обжига нужно будет много сухих дров.

Пока Шах ходил за глиной, занялся рыбой. Почистил. Выпотрошил. Внутренности положил на лист лопуха, чтобы подтухли к ночи, - на них собирался ловить раков. Если будет лунная ночь, то и фонаря не надо. И так будет видно, как раки поползут на приманку. Удивительно, но факт: рак улавливает запах падали под водой более чем за 100 метров от своей норы.

Обычный речной рак. Днем эти животные сидят в своих норах под берегом или затопленными корягами, а ночью выходят на охоту. Из засады рак может схватить проплывающую мимо рыбешку. В основном это гольян. Не брезгует пиявками и ручейником. Но основная его пища - это все-таки падаль. Зимой рак не впадает в спячку. Он ведет круглый год активный образ жизни, зимой питается опустившейся на дно листвой.

Запек щуку на углях. Вскоре, видно, учуяв манящий запах копченой рыбы, прибежал Шах с глиной, которую наковырял в ручье. Надо заметить, что на севере Подмосковья расположена Дмитровско-Клинская гряда, образовавшаяся в результате остановившегося в этих местах 80-100 тысяч лет назад последнего ледника. Ледник - как гигантский бульдозер, языки были растянуты на сотни километров и толкали перед собой камни аж из самой Гренландии, а также песок, глину и другие осадочные породы. 

Так что глины и камней на севере Подмосковья более чем достаточно. Удивительно, почему местные жители не использовали такие природные материалы для строительства своих жилищ? Ведь отдельные валуны, которые можно встретить в лесу, весят многие тонны и очень прочны. После скромного обеда отправил Серегу в лес за грибами.

- Я в них не особо разбираюсь, - заканючил Шах.

Собирай все подряд, я разберусь. Увидишь белые, как шарики, грибы, собирай их. Это дождевики. Очень вкусные и питательные. Довольно быстро из обнаруженной Шахиджаняном глины вылепил кастрюльку и миску, более похожую на сковородку. Поставил эту допотопную керамику на солнечную лужайку - пусть сушится, благо день выдался жаркий и сухой.

Одной съеденной щуки на двоих было явно маловато. Только аппетит разыгрался. Раков решил ловить ближе к ночи. Небо было ясное, значит, лунная дорожка на воде, по которой возможно поползут раки на запах рыбьих потрохов, обеспечена. Решил исследовать ручей и его заросшие берега в надежде собрать слизняков. Их обожают ежи, цапли и змеи, в основном ужи. Слизняков можно заворачивать в лист подорожника и тушить в горячей золе минут пятнадцать. Но можно употреблять в пищу и сырыми. Также у ручья можно наловить лягушек. В пищу годятся задние лапки, по вкусу напоминают куриное мясо.

Но мне повезло гораздо больше: на каменистом перекате ручья обнаружил стайки ручьевой миноги. У них как раз заканчивался период нереста. Это небольшие рыбки, всего 8-10 см. Ловить их довольно просто. В детстве делал это с помощью обычной медной вилки, привязанной к небольшому ивовому пруту. Сейчас вилку для лова изготовил из ветки орешины.

Лесной ручей. По его берегам можно собрать слизняков и наловить лягушек.
Ручьевая минога. Нерестится в чистых ручьях и на перекатах небольших речушек.

На обратном пути накопал ножом корней кипрея. В народе его называют иван-чаем. Это довольно универсальное растение. Корни молодых растений можно запекать на углях и употреблять в пищу. По вкусу напоминают картофель. Из листьев заваривать чай. А еще из кипрея можно изготовить тетиву для лука. Стебли кипрея сначала замачивают в воде, а потом «разлохмачивают» на тонкие волокнистые нити и скручивают вместе. Получается довольно крепкая, не уступающая по прочности капрону тетива. Из нее можно плести сети для ловли рыбы и даже вязать робу. Именно так использовали кипрей наши далекие предки, жившие на берегах рек в этих местах 10-15 тысяч лет назад.

Тем временем подсохла на солнце глиняная посуда. Теперь часа два предстоит обжигать ее на костре - и пожалуйста, пользуйтесь! Вари, жарь хоть лапки тех же лягушек.

Для обжига керамики соорудил специальную печь. Все очень просто. В земле вырывается прямоугольная ямка 50Х50 см и столько же в глубину. С двух сторон под углом в 30-35 градусов прорываются канавки для тяги и кислородного поддува, для увеличения температуры внутри печи, когда образуются угли. Канавки для поддува закладываются поперечными ивовыми веточками-перекладинами, а сверху на них помещаются куски дерна. Если есть ножной насос типа «лягушки» для надувных лодок, его можно использовать для подачи воздуха в печь. Тогда в печи поднимется температура до более чем 1000 градусов С. В такой печке можно не только обжигать глиняную посуду, но даже плавить металл. Но у нас подобной задачи не было. За неимением насоса предстояло использовать собственные легкие.

На дно ямы уложил два сухих полена. Между ними - кусочки бересты для розжига. Сверху - керамика днищем вверх. Это важно. На посуду, которая будет обжигаться, укладывается по принципу колодца еще два-три слоя сухих поленьев. Готово. Поджигай бересту и можешь заниматься другими делами. Когда Шах отправлялся собирать грибы, дал ему еще задание фотографировать их, а также различные растения.

Гриб-коралл. В Европе считается деликатесом. Фото Сергея Шахиджаняна (из личного архива автора).

Грибов он, конечно, не нашел. Вернее нашел гриб-коралл, но только его и сфотографировал. Это съедобный гриб. Растет на старых пнях и деревьях. Во многих ресторанах Европы считается деликатесом. Блюда из гриба-коралла стоят очень дорого. Но у нас в России он не пользуется популярностью, потому что многие люди понятия не имеют, что это очень вкусный съедобный гриб. Пролистав сделанные Шахом снимки, послал его на болото за сусаком.

                                                               Сусак зонтичный.                                             https://yandex.ru/search

Сусак - это болотное растение, которое еще называют диким хлебом. Корни сушатся. А затем перемалываются в муку на каменных жерновах. Тесто замешивается на воде, в него можно для вкуса добавить сухой хмель. Из более жидкого теста пекут блины, а из более густого - хлеб. Высушенные корневища содержат 4 процента жира, 14 процентов белка и 60 процентов углеводов. Например, многие малые народности Севера до сих пор используют сусак для приготовления хлебных лепешек, которые жарят на оленьем или тюленьем жире.

Ближе к ночи, когда был сооружен временный навес для ночлега, приготовил чай из кипрея, запеченные клубни сусака и лягушачьи лапки. Однако Шах предпочел раков и ручьевых миног. Явно выживать по полной программе был еще не готов. Ничего, посмотрю, как он будят уплетать печеных слизняков и копченых ужей через пару дней…

Читайте также
ТЕПЛЫЕ «ОДЕЖКИ» ДЛЯ ДАЧНОГО САДА
Читать
МИХАЙЛО ПОТАПЫЧ - НЕ ТОТ, ЧТО ИЗ СКАЗКИ…
Читать
КАЛИНЫ КРАСНОЙ ЯРКИЙ БАРХАТ…
Читать
ЧУДЕСА ГОСТЕПРИИМНОЙ ЧЕРНОГОРИИ…
Читать
МЫ ЗАМИРАЕМ, ГЛЯДЯ В НЕБЕСА…
Читать